Президиум Верховного Суда РФ утвердил рекомендации по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории РФ новой коронавирусной инфекции, официальный документ был опубликован 21 апреля.

В документе затрагиваются три темы, представляющие значительный интерес для участников турбизнеса. Это наступление сроков исполнения обязательств в «нерабочий» день, условия расторжения договора, а также применение форс-мажора

В частности, согласно позиции ВС, «нерабочие» дни, объявленные Президентом РФ, не являются «нерабочими» в контексте ст. 193 ГК РФ с точки зрения отсрочки исполнения обязательств до первого рабочего дня, а также в контексте ТК РФ.

«При этом ВС указывает, что в отдельных случаях, когда обязательства не могут быть исполнены объективно, следует исходить из того, что срок исполнения в нерабочий день согласно указу Президента наступить не может, — отмечает адвокат Димитрий Морозов. — Однако это нужно будет доказывать в суде по каждому конкретному случаю. Поэтому сейчас лучше по возможности сразу отвечать на претензии туристов, а также перечислить задолженность, если такая возможность имеется. Однако если турагент не намерен перечислять средства или не обязан это делать по договору, то отвечать на претензию в установленный срок ему не нужно, так как никакой ответственности в этом случае для него не предусматривается».

В отношении ситуации с расторжением договора ВС РФ говорит, что договор может быть расторгнут, но фактически в исключительных случаях.

«Верховный суд РФ указывает, что в силу ст. 451 ГК РФ изменение договора в связи с существенным изменением обстоятельств по требованию одной из сторон возможно лишь в исключительных случаях, когда расторжение договора противоречит общественным интересам либо повлечет для сторон ущерб, значительно превышающий затраты, необходимые для исполнения договора на измененных судом условиях, — отмечает эксперт. — Последствия расторжения или изменения договора в таких случаях определяются на основании ст.ст. 451, 453 ГК РФ с учетом следующих принципов: не подлежит возврату исполненное по сделке, суд должен исходить из принципа справедливого распределения расходов. Данный механизм похож на знакомый туристскому сообществу ФПР».

Что касается форс-мажора, то позиция ВС заключается в том, что каждую сделку следует рассматривать отдельно, и в каждом случае нужно будет доказывать, что сделка не может быть исполнена либо не может быть исполнена в срок. Другими словами, в каждом деле суд будет разбирать причинно-следственную связь, влияние тех или иных факторов, ограничительных мер и т.д.

«На наш взгляд, разъяснения Верховного суда можно рассматривать как серьезный аргумент в доказывании факта наличия форс-мажорной ситуации для турфирм, — говорит основатель компании «Юристы для турбизнеса „Байбородин и партнеры“ Александр Байбородин. — Интересно, что сама статья ГК РФ прямо предусматривает, что отсутствие денег у турфирмы не является форс-мажором. В данном случае суд по сути „поправил“ закон и истолковал статью „по-своему“ в свете, выгодном для туризма».

Такое разъяснение суда, по мнению Александра Байбородина, имеет сразу несколько последствий. Во-первых, турфирмы получат дополнительный рычаг в спорах, связанных с изменением или расторжением договоров с контрагентами. Например, это коснется договоров аренды — разъяснения можно применять как аргумент в дополнение к принятым ранее нормативным актам об отсрочке и снижении аренды. Во-вторых, разъяснение может помочь в предстоящих «баталиях» с туристами.

«Распространение вируса признано обстоятельством непреодолимой силы на самом верхнем судебном уровне. В связи с этим, турфирмам будет легче как отвечать на вопрос «а почему собственно договор не был исполнен?», так и обосновывать требования о переносе сроков совершения поездки или невозможность возврата денежных средств «здесь и сейчас», — отмечает эксперт.