После трагедии, которая произошла с туристами на Байкале, вновь встал вопрос о возможной ответственности турагентов и агрегаторов в случае таких ЧП. После гибели пяти человек в Бурятии задержаны владелец аэролодки и судоводитель, в отношении них возбуждены уголовные дела. Но уже были прецеденты, когда фигурантами становились и руководители агрегатора, где размещалась информация об экскурсии. Юристы рассказали Profi.Travel, как турагентам и онлайн-площадкам обезопасить себя.

Проверить невозможно, но нужно

«Мы наблюдаем тревожную тенденцию: с 2024 года количество происшествий с туристами в России неуклонно растет. И эта статистика — прямое отражение системных проблем в организации активного туризма, — сказал руководитель компании «Юристы для турбизнеса «Байбородин и партнеры» Александр Байбородин. — Несмотря на то, что по закону за безопасность и качество услуг отвечает туроператор, на практике все может быть иначе. Если агентом будет продан заведомо небезопасный тур и в результате погибнут люди, следователь и прокурор вряд ли скажут, что турагент (или агрегатор) не при делах. Вопросы обязательно будут заданы: почему вы разместили этот тур на своём сайте? Знали ли вы, что он небезопасен?»

Юрист добавил, что агрегатор и турагент не всегда могут на 100% проверить, безопасна ли конкретная услуга, сопряженная с активными или экстремальными видами деятельности. Если на сайте агента размещено описание экстремального тура или услуги, которая явно или потенциально опасна, а турист в итоге пострадал или погиб, правоохранительные органы будут выяснять, как и почему агент это продавал.

«Хотя по закону за качество и безопасность услуг отвечает туроператор, для турагентов и владельцев сайтов-агрегаторов вполне реальна перспектива стать участниками разбирательств с погибшими туристами», — подчеркнул Александр Байбородин.

Пример «Спутника»

Юрист «Альянса туристических агентств» Мария Чапиковская подтвердила: соответствующая практика уже имеется. «Тот же самый пример со «Спутником» показывает возможный подход правоохранительных органов и судебной системы: любое участие в реализации и предоставлении заведомо небезопасных услуг может быть уголовно наказуемо, — напомнила она. — «Спутник» после данного случая при публикации каких-либо экскурсионных программ запрашивает большой объем заверений и гарантий о том, что всю ответственность несет автор информации».

По словам Марии Чапиковской, агрегатор или агент могут применять следующие меры предосторожности:

• проверка у контрагентов наличия необходимых разрешительных документов/процедур,
• возложение на контрагента обязательства исполнять требования законодательства к осуществляемой деятельности (гиды, транспортные компании, сопровождение маршрутов и т.п.),
• заключение договоров и легальные расчеты с контрагентами.

«Тогда риски возникновения ответственности снижаются и, при необходимости, есть на чем выстраивать защитную позицию и отстаивать свою правоту», — пояснила юрист.

Проще — через туроператора

Однако, по ее словам, более простым и достаточно универсальным механизмом становится бронирование турпродуктов у туроператоров.

«Проверить наличие туроператора в реестре легко, а в силу положений законодательства именно он несет ответственность за оказание услуг, включенных в турпродукт. Договорные отношения и легальные расчеты с ним тоже легко выстраиваются», — пояснила она.

По словам Марии Чапиковской, на данный момент практики привлечения турагента к ответственности в случае оказания туроператором небезопасных услуг нет — риски объективно снижаются. Бронирование у других контрагентов потребует дополнительной осмотрительности в выстраивании правоотношений, подтвердила юрист.

Вакуум регуляции

Вице-президент «Альянса туристических агентств», генеральный директор сети турагентств «Розовый слон» Алексан Мкртчян и вовсе сказал, что и туроператорам, и турагентам, и агрегаторам стоит держаться подальше от таких туров. «Они никогда не смогут проверить безопасность, у них нет для этого специальных знаний, чтобы проверять, сколько людей может кататься на лодке, какие меры безопасности должны быть на этом судне, какая лицензия у капитана, — пояснил эксперт. — Поэтому мой совет: продавать только то, что лицензировано — авиа-, железнодорожные билеты, туры, а не какие-то «покатушки», альпинистские программы, прыжки с парашютом. Держитесь от этого подальше».

Алексан Мкртчян также напомнил про историю «Спутника» и Александра Кима, которого признали виновным в организации нелегальной экскурсии по коллектору Неглинки, где погибли восемь человек. «Сколько он заработал на таких экскурсиях? Крохи. А сидит в тюрьме. Сколько вы заработает на продаже покатушек по льду Байкала? 1000-2000? А есть риск присесть на пять лет», — резюмировал эксперт.

Но, если не продавать такие туры, рынок не будет развиваться, а нелегалов станет больше. «Проблема в вакууме регуляции. Отдельные экскурсии у нас регулируются соответствующими законами и актами. Так для проверки безопасности надо проверять тип включенных транспортных средств. Для каждого будут свои требования — водный транспорт, колесный и т.п. Далее смотреть список мест посещения — здесь могут быть особые режимы посещения. Смотреть кто проводит экскурсию, кто сопровождает, какие к ним требования», — сказал генеральный директор «АтомсТревел» Аркадий Рутман.

По его словам, вместо «зонтничного» типа регулирования, когда безопасность услуги декларировал бы организатор, а свой статус бы подтверждал участием в реестре или даже СРО, у нас применяется «заплаточное» регулирование, когда мы перебираем все возможные варианты сочетания водный транспорт в таком-то регионе или в таких-то условиях с таким-то типом организатора.

«В результате постоянно система усложняется, нет какого-то простого признака безопасности услуг, например как «вклады застрахованы». Как туристам, так агентам и агрегаторам приходится применять индивидуальную экспертизу каждой отдельной услуги у каждого организатора. Все это приводит к тому, что рынок экскурсий тормозит в развитии», — пояснил он.

«Аэрофлот» выплатит пассажирке более 100 тыс. рублей за задержку рейса, из-за которой она не успела на стыковку по пути на Кубу. Такое решение суд принял не сразу — первая инстанция отказала, сочтя, что задержка была связана с обеспечением безопасности полета. Однако во второй раз справедливости все же удалось добиться. Эксперт рассказал Profi.Travel, станет ли заключение суда прецедентом для других вердиктов, и можно ли получить компенсацию, даже если авиакомпания объясняет задержку планом «Ковер».

Пассажирка купила билет на рейс «Аэрофлота» Екатеринбург — Москва, из столицы она должна была лететь на Кайо-Коко самолетом авиакомпании «Северный ветер», утром следующего дня. Однако вылет нацперевозчика задержали. По словам туристки, в аэропорту Кольцово она обращалась к представителям авиакомпании с просьбой пересадить ее на другой рейс, поскольку опасалась опоздать на стыковку. Но ее заверили: она успеет.

В итоге самолет «Аэрофлота» прибыл в Москву с задержкой на 6 часов 24 минуты, рейс на Кубу к этому моменту уже вылетел. Пассажирке пришлось покупать новый билет — вылет был возможен только через три дня, а также оплачивать проживание и питание. Общая сумма незапланированных расходов составила 55 482 рубля. «Аэрофлот» отказался возмещать убытки и выплатил только 640 рублей штрафа за просрочку доставки пассажира.

Туристка обратилась в Октябрьский районный суд Екатеринбурга. Она просила взыскать с перевозчика материальный ущерб, компенсацию морального вреда, неустойку, штраф и расходы на представителя. Однако суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска, посчитав, что задержка была связана с обстоятельствами, угрожающими безопасности полета.

В апелляции Свердловский областной суд не согласился с этим выводом. Ответчик объяснял задержку некомплектностью летного экипажа: пилоты не смогли вылететь из Москвы в Екатеринбург из-за технической неисправности другого самолета. Однако судебная коллегия указала, что дефект воздушного судна сам по себе не освобождает перевозчика от ответственности за убытки пассажирки.

В результате суд постановил взыскать с «Аэрофлота» 55 482 руб. материального ущерба, 13 284 руб. неустойки, 10 тыс. рублей компенсации морального вреда, 15 тыс. рублей штрафа за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя, а также 12 150 рублей расходов на представителя.

Общая сумма взыскания превысила 105 тыс. руб. Решение суда апелляционной инстанции вступило в законную силу.

«Суд первой инстанции иск отклонил. Это традиционное решение: вопрос безопасности полетов, у авиакомпании вариантов никаких не было. Но уже вторая инстанция вникла в этот вопрос глубже и пришла к выводу, что эта причинно-следственная связь — некомплектный экипаж из-за поломки борта в Москве — не лишает пассажира права на возмещение убытков. Самолет, на котором пассажирка должна была лететь, находился в исправном состоянии. То, что авиакомпания не смогла обеспечить комплектный экипаж на нем, это её вина, никак не связанная с форс-мажором», — пояснил вице-президент РСТ, генеральный директор ЮА «Персона Грата» Георгий Мохов.

По его словам, вторая инстанция пришла к правильным выводам. «Речь шла не о безопасности полетов, это не план «Ковер», не погода, не поломка конкретного суда, на котором пассажиры должны были лететь. Причины задержки находятся в компетенции авиаперевозчика», — пояснил юрист.

Он рассказал, что похожие споры бывают довольно часто: туристы теряют стыковки, время отдыха. Правда, во втором случае претензии, как правило, предъявляют туроператорам. А вот когда речь идет об авиакомпаниях, суды встают на сторону пассажиров не так часто. По словам юриста, это решение нельзя назвать беспрецедентным, но нетипичным — можно.

Говоря об ответственности перевозчика, эксперт привел в пример случай из практики. Туристы из-за задержки рейса не успели на круиз по Средиземноморью. «Они опоздали на круизный лайнер, так как не попали на стыковочный рейс, — пояснил Георгий Мохов. — В итоге они догнали круиз в другом городе. Стоимость авиабилетов, которые им пришлось купить, была взыскана с перевозчика. Тогда авиакомпания тоже говорила о необходимости обеспечения безопасности полетов».

«Вердикт дает возможность опираться на это решение в аналогичных спорах, и еще раз доказывает тот факт, что надо судиться до конца. Многие бросают, как только первая инстанция отказывает. Но добиться компенсаций все-таки можно», — подчеркнул Георгий Мохов.

По его словам, в России судебная практика меняется редко, однако сейчас можно предположить огромное количество подобных исков из-за плана «Ковер» и др. «Вовсе не факт, что при ограничениях пассажиры не могут рассчитывать на компенсации. Например, «Ковер» объявлен в Москве, но ЧП влияет на пассажиров в Екатеринбурге. Разные ситуации могут быть, не всегда причина задержки очевидна. Мы не знаем, откуда борт должен прилететь, не кончилось ли рабочее время у экипажа. Везите в другой аэропорт, используйте автобусы. Обстоятельства непреодолимой силы могут не иметь прямого влияния на конкретные рейсы, а происходить на другом конце света. В итоге совершенно по другой причине пассажиры никуда не улетели. Естественно, они требуют возмещения убытков, а суд начинает разбираться, где начало истории, почему не состоялся рейс, не мог ли авиаперевозчик что-то с этим сделать. И только после этого принимает решение», — заключил Георгий Мохов.