Въездной туризм пострадал из-за обострения ситуации на Ближнем Востоке гораздо серьезнее выездного. Брони арабских, индийских туристов на апрель и март сняты практически на 100%, а поток новых заявок остановился. Об этом Profi.Travel рассказали в туроператорских компаниях.

По словам экспертов, основной отток пришелся на рынок арабских стран, которые находятся в регионе конфликта. Затронула ситуация и туристов из Южной и Юго-Восточной Азии, которые летали преимущественно через Катар и ОАЭ.

Как рассказал Profi.Travel вице-президент Российского союза туриндустрии Дмитрий Горин, количество рейсов, на которых прилетали в Россию туристы из стран Ближнего Востока, а также транзитные путешественники, с начала конфликта сократилось в 10 раз. «Российские авиакомпании на этом направлении на сегодняшний день отсутствуют полностью. Что касается ближневосточных перевозчиков, то у некоторых рейсы на данный момент не возобновились, у других программы выполняются в сокращенном формате», — пояснил он.

При этом именно ближневосточные туристы составляли основу въездного турпотока после китайцев. Например, в прошлом году, согласно данным Погранслужбы РФ, на втором месте были гости из Саудовской Аравии (почти 75 тыс. поездок в Россию), в топ-10 также вошли туристы из ОАЭ (59 тыс.) и Ирана (31 тыс.). На 7 месте в структуре въездного турпотока в 2025 году были туристы из Индии (38,5 тыс.), которые также пользовались стыковками арабских авиакомпаний.

«Туры арабских, индийских туристов на ближайшие два месяца аннулированы фактически полностью, а новых бронирований нет. При этом российские отельеры мало похожи на дубайских коллег — они не готовы возвращать средства. А это означает потери для туроператоров, которые вынуждены отдавать деньги за отмененные брони из своего кармана. Эта ситуация сильно подкосила рынок — все компании, которые занимаются въездом, основные деньги зарабатывают именно на нем, а не на выездном туризме, где маржа минимальна», — рассказали в одной из туроператорских компаний на условиях анонимности.

Кроме того, как сообщил собеседник, многие туроператоры этой зимой вложились в продвижение на рынке арабских стран, в частности Саудовской Аравии, Катара и т.д. Эти расходы тоже превратились в убытки.

Директор туроператора «Тари-тур» Марина Левченко подтвердила Profi.Travel, что обострение конфликта привело к серьезной турбулентности для въездного туризма. По ее словам, в межсезонье особенно хорошо продавались комбинированные маршруты Москва-Санкт-Петербург-Мурманск. Их активно бронировали туристы из Индонезии и Индии, которые сегодня отказались от поездок.

«Плюс у нас было несколько групп, которые застряли в РФ, — пришлось их вывозить на родину. Часть групп, которые были на конец марта, мы сейчас пытаемся перенести на осень. Все бронирования до мая отменены, что будет дальше — неизвестно», — подчеркнула Марина Левченко.

В «Интуристе» рассказали об отменах нескольких цепочек туристических групп из Малайзии, которые должны были лететь через Дубай.

Ситуацию осложняет то, что российские отели отказываются возвращать деньги за снятые брони. Максимум, на что согласны отельеры, — перенос сроков заезда. Да и то не всегда — по словам экспертов, были случаи, когда отельеры в принципе отказывались идти на контакт.

«Например, некоторые отели Мурманска, несмотря на то, что они сами видят ситуацию, поначалу выкручивали руки, ссылаясь на то, что эти отмены попадают под штрафы. Но в итоге нам удалось с ними договориться — пришлось взывать к коллективной солидарности. Большинство руководителей, конечно, понимают, что испортить репутацию легко, и в долгосрочной перспективе это обойдется отелю гораздо дороже. Наша задача в этой ситуации — действовать слаженно и дать возможность зарубежным партнерам совершить туры когда-нибудь потом с минимальными для всех потерями», — заключила Марина Левченко.

По ее словам, туроператоры в этой связи рассчитывают на поддержку от регулятора, поскольку ситуация действительно стала острой проблемой для отрасли.

Суд отказал туристам во взыскании компенсаций с туроператора из-за заселения в номер с другим видом из окна, чем было указано в брони. Россиянка обратилась в суд с требованием выплатить ей убытки в размере 10 000 рублей, компенсацию морального вреда — 10 000 рублей, неустойку — 197 400 рублей (стоимость тура), а также штраф в размере 50% от присужденной суммы. При этом поезда состоялась. Причина претензий — из окон номера не видно море. Об этом сообщила пресс-служба Сыктывкарского городского суда.

Как установил суд, в июле 2025 года между нею и турагентом, действовавшим по поручению туроператора, был заключен договор на тур. Согласно приложению к договору, стоимость поездки составила 197 400 рублей на двух человек с проживанием с 29 сентября по 5 октября. Тур предусматривал номер категории StdRoomSeaSideView (двухместный), питание по системе «ультра все включено», а также чартерный перелет и трансфер.

При заселении туристов разместили в номере категории LandView (двухместный). После обращения истца к туроператору через два дня клиентов переселили в номер категории SeaSideView. Однако, вернувшись в Россию, туристка подала иск в суд.

В ходе судебного разбирательства были изучены фото- и видеоматериалы предоставленных номеров. Суд установил, что изначально предоставленный номер имел боковой вид на море с балкона. При этом классификация категории SeaSideView допускает именно частичный (боковой) вид на море.

Таким образом, суд пришел к выводу, что условия договора нарушены не были: туристов разместили в номере, соответствующем оплаченной категории. Наличие бокового вида на море не противоречит условиям бронирования.

С учетом положений статьи 29 Закона «О защите прав потребителей», Федерального закона № 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации» и статьи 432 Гражданского кодекса РФ суд не нашел оснований для удовлетворения исковых требований.

«В данной категории дел все зависит от качества доказательств и мастерства представителя или самого истца в доказывании, — пояcнил Profi.Travel юрист в сфере турбизнеса Игорь Косицын. — Раз суд принял решение об отказе, очевидно, пришел к выводу об отсутствии нарушения прав истца или недостаточности доказательств».