В самом начале пандемии коронавируса туристы отказались от тура в Турцию. Не получив в десятидневный срок от туроператора возврат внесенных средств, они подали иск и на поставщика туруслуг, и на турагента. Последний рисковал в этой ситуации оказаться единственным ответчиком по делу, так как туроператор ответил, что заявки на бронирование тура не было, договора с агентом нет, а деньги не перечислялись. В деле разбиралась редакция Profi.Travel.

Имен и названий компаний мы решили не указывать — ситуация для нашего рынка типичная. Поэтому в данном случае гораздо важнее не «уличить» туриста, турагента или туроператора, а разобраться, как не попасть в такую же историю.

Итак, 22 января 2020 года истец заключил договор в туристическом агентстве ООО «N» — вместе с женой и детьми он планировал отдохнуть в Турции в июне 2020 года. Тур был рассчитан на 13 ночей с проживанием в отеле Limak Lara De Luxe Hotel & Resort 5*. Туристом была внесена предоплата 140 тысяч рублей, из которых турагент оплатил туроператору минимальный взнос — 100 тысяч.

12 марта турист, опасаясь, по его словам, за здоровье супруги, так как она была в положении, решил отказаться от тура в одностороннем порядке. О том, что туроператор в этом случае может удержать фактически понесенные расходы (ФПР), он был предупрежден. Деньги туроператор не вернул, а позднее направил уведомление о выходе Постановления Правительства № 1073, которое, по его мнению, должно действовать в этом случае. Компания предложила либо возврат средств до конца 2021 года, либо выбор равнозначного продукта.

24 мая турист подал иск в Перовский районный суд г. Москвы и на турагента, и на туроператора. Истец требовал взыскать с обоих ответчиков деньги, уплаченные по договору; проценты за пользование чужими денежными средствами; неустойку за нарушение требований потребителя; компенсацию морального вреда; штраф 50% от присужденной судом суммы — в общей сложности около 480 тыс. руб.

В свою очередь, туроператор в отзыве на иск указал, что не получал заявки на оказание туристических услуг на данных туристов, а также не имеет договорных отношений с турагентом «N» — соответственно, и деньги за тур не перечислялись. 3 ноября 2021 года суд признал поставщика туруслуг ненадлежащим ответчиком. А турагент, по решению судей, был обязан вернуть туристу предоплату в полном объеме и оплатить госпошлину 3 200 руб. 1 декабря прошлого года турагент подал апелляционную жалобу в Московский городской суд.

Как поясняет Александр Байбородин, руководитель компании «Юристы для турбизнеса «Байбородин и партнеры», президент Общественной организации «ПравТурСоюз», путаница произошла из-за того, что турагент заключил договор с одним из юрлиц туроператора, но в CRM-системе, где заводилась заявка, этой компании среди списка предложенных не было. В итоге в договоре указали то юрлицо, которое выдавала система. И когда туроператор получил иск на него, то не нашел в бронях ни такого туриста, ни агента. «Ряд туроператоров используют так называемую многоликость юридических лиц. Зачастую турагент даже не в курсе, какое из них будет в той или иной заявке. Договор подписан с одним юридическим лицом, в туре фигурирует другое, оплата может идти на третье. И вся эта взаимосвязь мало кому понятна, кроме самого туроператора», — комментирует Александр Байбородин.

В суде зачастую непросто доказать связь конкретного юрлица с известным брендом. «В этом случае турагент предоставил переписку с туроператором, в которой тот не отрицал, что оплата была произведена. У туроператора на сайте есть порядок оплат, где указано то юрлицо, в пользу которого были перечислены деньги. Также розничная компания предоставила выписку с печатью со счета из банка о проведении платежа», — добавляет юрист компании. 28 июня 2022 года Московский городской суд вынес новое решение, отменяющее вердикт первой инстанции. В исковых требованиях, заявленных к турагенту, было отказано. Суд обязал туроператора вернуть внесенные туристом деньги за тур.

Чтобы не допустить подобных ситуаций, учитывая практику поставщиков туруслуг вести деятельность через несколько юрлиц, юрист советует турагентам указывать в договоре все известные названия компаний, относящихся к бренду туроператора.

Фото: Hans-Peter Gauster, unsplash