В Госдуму поступил законопроект, который определяет понятие туристического агрегатора. В нем прописаны условия, при которых онлайн-площадкам, продающим туристические услуги, придется получать статус туроператора или турагента. Однако сформулированы они так, что их несложно обойти, считают юристы. В нюансах и деталях, определяющих деятельность турагрегаторов, разбирался Profi.Travel.

Согласно документу, агрегатор обязан соблюдать «Закон о защите прав потребителей», заключать договоры и предлагать клиентам только средства размещения, внесенные в реестр.

Важный момент: согласно законопроекту, «владелец агрегатора (…) не несет ответственности за неоказание или ненадлежащее оказание туристу (экскурсанту) услуг», информация о которых размещена на его площадке. Теоретически, это снизит риск уголовного преследования владельцев онлайн-витрин, если во время экскурсии или отдыха в отеле что-то пошло не так.

Вместе с тем, есть в законопроекте и пункт, который предписывает агрегаторам получать статус туроператора. А значит — оформлять фингарантии и нести ответственность за неоказание услуг по договору. Но не всегда, а только при определенных условиях: «Заключение владельцем агрегатора информации о туристских продуктах и (или) услугах с туристом (…) от своего имени отдельных договоров на оказание услуг перевозки в страну (место) временного пребывания и на оказание услуг по размещению в стране (месте) временного пребывания на одно и то же лицо, на один и тот же период, а также проведение оплаты по таким договорам, квалифицируется как туроператорская деятельность и допускается в случае внесения сведений о туристском агрегаторе в единый федеральный реестр туроператоров».

Другой пункт законопроекта определяет условия, при которых агрегатор будет обязан получить статус турагента. По мнению авторов документа, компания обязана сделать это в том случае, если владелец агрегатора заключает с туристом договор о реализации турпродукта с возможностью проведения оплаты. Таким образом, только продажа сформированных туроператорами туров квалифицируется как турагентская деятельность онлайн-площадок.

«Законопроект впервые вводит понятие туристического агрегатора как информационной платформы для самостоятельного поиска и бронирования отдельных туристических услуг от различных поставщиков. Это позволит на нормативно-правовом уровне раскрыть специфику деятельности агрегаторов, а также их отношений с партнерами и потребителями», — отметил директор Ассоциации туристических агрегаторов (АТАГ) Александр Брагин.

По его словам, законопроект закрепляет базовые правила работы агрегаторов, причем многих из них добросовестный бизнес уже и так придерживается. Однако правовая определенность повысит прозрачность рынка и уровень защиты клиентов.

Усиление ответственности или лазейка в законе?

«На мой взгляд, характеристика, которая дана для агрегаторов, сформулирована именно для того, чтобы разграничить деятельность агрегатора, турагента, туроператора, потому что это прямо влияет на ответственность и на требования к осуществлению деятельности», — пояснил вице-президент РСТ, генеральный директор ЮА «Персона Грата» Георгий Мохов.

По его словам, главный признак турагрегатора, который указан в документе, — это предоставление возможности пользователю заключить договор с туроператором и турагентом, но при этом самому не вступать с туристом в договорные отношения. «Обязанность агрегатора — свериться с реестрами гостиниц, турагентов, туроператоров, то есть предлагать пользователю легальные услуги и дать ему возможность заключить договор с исполнителем», — уточнил юрист.

Правда, эксперт отметил, что на практике эти функции могут смешиваться, то есть онлайн-сервис может одновременно быть и агрегатором — предоставлять чужие услуги — и предлагать свои. Таким образом, он может выступать и как агент туроператоров, и как самостоятельный туроператор, а также осуществлять продажи гостиниц или авиабилетов через свою платежную систему.

«Как сложится правоприменительная практика, пока представить сложно, — уточнил Георгий Мохов. — Например, вполне вероятно, что Wildberries нужно будет получать статус турагента Fun&Sun. С другой стороны, может быть, маркетплейс тут выступает как информационно-финансовая площадка. Кто-то может оказаться сразу в трех реестрах: агрегаторов, туроператоров и турагентов, в зависимости от деятельности».

Впрочем, как считают на рынке, агрегаторы вряд ли горят желанием вступать в реестры туроператоров или турагентов. И главное — законопроект вполне позволяет обойти те условия, которые вынуждают их к таким шагам.

Так, по словам юриста Альянса туристических агентств Марии Чапиковской, авторы документа, видимо, хотели избежать возможности злоупотребления со стороны агрегаторов в части формирования туристского продукта. «Если на сайте агрегатора турист бронирует перевозку плюс размещение, то есть фактически собирает турпродукт, и при этом договоры на оказание услуг заключаются с агрегатором, который действует от своего имени, то последнему придется стать туроператором. Однако если договоры заключаются отдельно с авиакомпанией и с отелем (как правило — так и есть — прим. ред.), то нет», — уточнила юрист.

При этом она отметила, что отдельно в законопроекте предусмотрена возможность работы с ИП, с юридическими и физическими лицами, но формулируется это довольно странно. «Исходя из текста этого закона, не вижу проблемы для того, чтобы агрегатору оформить со своими поставщиками договоры некого агентирования, при которых действуют они от имени поставщика, по его поручению и за его счёт. Это даст возможность и бронирования, и оплаты без нарушений закона и необходимости становится туроператором», — подчеркнула Мария Чапиковская.

Должен ли агрегатор нести ответственность наравне с туроператором?

Этот вопрос обсуждается на рынке с тех пор, как крупные онлайн-магазины начали активно выходить в сегмент туризма. Однозначного ответа на него в отрасли до сих пор не нашли. Большинство туроператоров считает, что агрегаторы обязаны получать фингарантии и отвечать за неоказание услуг, а также любые проблемы в ходе поездки туриста, как это делают они. Иначе, по их словам, в отрасли создаются неравные конкурентные условия.

Так, ранее заместитель генерального директора по взаимодействию с органами власти и коммуникациям Fun&Sun Александр Сирченко подчеркивал, что участники рынка должны нести одинаковую ответственность в сфере защиты прав туриста.

«Когда агрегатор фактически осуществляет формирование туристического продукта и производит приём платежей, у него должна наступить такая же ответственность, как у туроператоров. Это и есть выравнивание конкуренции, — пояснил Александр Сирченко. — Мы готовы взаимодействовать, сотрудничать, но необходимо обеспечить защиту туриста. Мы делаем это через фонд персональной ответственности, через другие механизмы. Это нужно и другим участникам рынка, которые занимаются туроператорской деятельностью».

С другой стороны, ряд представителей отрасли считает, что онлайн-площадки, на которых турист сам приобретает себе авиабилеты и бронирует отель, не обязаны нести такую же ответственность, как туроператоры. Ведь агрегаторы не занимаются формированием турпродукта, не фрахтуют самолеты, не контрактуют гостиницы. Эксперты напоминают, что законодательные нормы в туристической сфере давно устарели — рынок сильно изменился с тех пор, как они разрабатывались. И нет никаких предпосылок для того, чтобы пытаться вписать новые реалии в старые законы — скорее, наоборот: нужно менять законодательство с учетом появления новых игроков.

Самих агрегаторов, судя по всему, больше волнует тот факт, что в законопроекте нет никаких заградительных мер для входа иностранных конкурентов. «Отдельные положения требуют дополнительного обсуждения и уточнения, прежде всего, нормы о работе иностранных агрегаторов на российском рынке», — подчеркнул Александр Брагин.

Как пояснил Георгий Мохов, законопроект не содержит запрета для деятельности иностранных агрегаторов на российском рынке, несмотря на то, что просьбы об этом звучали от агрегаторов еще весной. Есть необходимость получать разрешение от правительства РФ. Теоретически, отметил юрист, на рынок могут зайти и китайские агрегаторы, у которых дневной оборот выше, чем у российских компаний годовой.