В интервью Profi.Travel первый заместитель министра экономического развития и внешних связей Амурской области Екатерина Киреева рассказала о коллаборации регионов для привлечения туристов, адаптации турпродукта под россиян и привлечении автопутешественников.

— Из-за близости к Китаю и другим странам Азии у вас значительную долю турпотока составляли иностранцы. Готовитесь к отложенному спросу после открытия границ?

— Вы правы, до пандемии мы занимали 3-4 место в России по приему туристов из Китая — ежегодно оттуда к нам приезжали не менее 100 тыс. человек. Это была весомая статья доходов нашего бизнеса, мы собирались наращивать количество путешественников в более дорогом сегменте. Хорошие наработки были по Японии и по Южной Корее.

Поэтому, конечно, готовимся и продолжаем уже начатое: строим качественные гостиницы и повышаем качество нашей дорожно-сервисной сети. Это, конечно, вопрос не одного года, но кое-какие подвижки уже есть. Например, сейчас мы работаем с инвесторами по проекту канатной дороги и новым гостиницам, которые будут построены через 3-4 года.

— Какие страны еще считаете перспективными после открытия границ, кроме тех, которые вы перечислили? С какими еще работаете?

— Сейчас мы начинаем работать с Индией: недавно приняли их рекламный тур, после которого завязались деловые и дружеские контакты между индийскими туроператорами и нашими компаниями. Несмотря на все сложности с логистикой в связи с пандемией, мы нацелены на очень плотную работу. И уже есть наметки на то, чтобы в ближайшем времени привезти сюда первые организованные туристические группы.

Для нас главные рынки находятся в северо-азиатском регионе — они привычны и понятны в работе и каналах продвижения. Конечно, нам было бы очень интересно поработать и с сегментом европейских туристов. Они уже более ориентированы на узнавание новых неизвестных территорий, автопутешествия на большие расстояния. Особенным спросом у европейцев пользуются поездки в очень отдаленные территории для знакомства с нашими малочисленными коренными народами.

— Кто турист Амурской области сейчас, когда границы закрыты? Из каких регионов приезжают больше всего?

— Сегодня мы больше раскачиваем местный туристический рынок — призываем амурчан знакомиться со своим регионом. Прежде всего их интересуют форматы экскурсионных маршрутов выходного дня. Также активно работаем с соседями и теми регионами, с которыми нас связывают прямые авиарейсы в коротком транспортном плече: Приморье, Хабаровский край, Забайкальский край, Якутия, Еврейская автономная область, а также Красноярский край. С ними мы пытаемся максимально расширить возможности для отдыха туристов — знакомим туроператоров с нашими турпродуктами.

Кроме того, мы начинаем зондировать почву по работе с европейской — как мы говорим — западной территорией России. Чтобы привлечь туриста этого сегмента, нам нужно для начала рассказать ему о нашем наборе уникальных туристских объектов: это и Космодром Восточный, и золотодобыча, и ГЭС, и конечно, большой простор для эко-туризма. Наша задача на ближайшее время — интегрировать все это в брендовый региональный маршрут.

— Какие проекты есть сейчас по совместным маршрутам с соседними регионами?

— Есть и планы, и проекты. Например, на выставке «Знай Наше» недавно презентовали «Царскую дорогу». Это интересный маршрут, в который уже интегрировано два региона: Хабаровский край и Амурская область. Мы активно прорабатываем с хабаровскими коллегами его продвижение. Есть и другие маршруты, например, для японских туристов, которые прилетают в Хабаровск и оттуда на один день приезжают к нам по Транссибу.

То же самое мы планируем реализовать и с Владивостоком — это основной дальневосточный авиахаб, наиболее удобный для приема как зарубежных, так и внутренних туристов. Мы бы хотели, чтобы Приморский край интегрировал наш турпродукт и предложения других регионов в ресурсы своего туристско-информационного центра и туроператоров. У нас также есть договоренности и с коллегами из Якутии по формированию межрегиональных маршрутов, в том числе по автопутешествиям.

— Вы упомянули выставку «Знай Наше», это продвижение на B2B-аудиторию. А как вы взаимодействуете в этом плане с конечным покупателем?

— В сегменте B2C сейчас очень много каналов для продвижения. Мы работаем с лидерами мнений и блогерами, продвигаемся через местные масс-медиа, выставки, даем контекстную рекламу в интернете, а также на федеральных телеканалах. В этом году у нас был очень успешный опыт по продвижению сразу с несколькими телеканалами с хорошей целевой аудиторией. Конечно, сегодня никуда без социальных сетей. Поэтому развиваем наш инстаграм-аккаунт, который ведется от имени куницы Харза — символа амурского туризма. Этот образ хорошо воспринимается и взрослыми, и детьми.

— Очевидно, что у внутреннего туриста совершенно другая модель поведения, потребления. Насколько вам пришлось адаптировать региональный продукт в период пандемии?

— Действительно, так как раньше мы ориентировались на китайский рынок, продукт был весьма специфичен. Пандемия полностью изменила структуру предложений для туриста. Мы видим, что стандартные форматы городских экскурсий серьезно меняются и адаптируются к современным реалиям. В частности, они ориентируются на туриста более любознательного, который хочет больше узнать об истории города. Если раньше у нас в принципе не было маршрутов по территории области, то сегодня эко-туризм — одно из главных направлений для нас. Это очень захватывающий процесс — можно сказать, что мы прислушиваемся к ожиданиям потребителя и преобразовываем саму культуру путешествий по региону.

— Имеет ли Благовещенск потенциал для городского туризма, уикенд-туров? Если да, то как вы развиваете сервис и количество развлечений, чтобы разнообразить городской отдых?

— Да, потенциал действительно огромный, нам предстоит еще много работы. В этом году у нас совершил рывок сегмент индивидуальных путешествий по городу — стали очень востребованы профессиональные гиды. Среди них выделяются настоящие звезды, к которым туристы записываются заранее. Например, у нас есть проект «Народный экскурсовод», который собрал реестр по всем музеям и музейным пространствам, включая частные.

Кстати, мы также отмечаем тенденцию активного развития бизнеса в этом направлении. В Благовещенске, несмотря на сложности пандемии, еще более активно появляются частные музеи. Например, совсем недавно на базе одного из старейших торговых предприятий нашего региона открылся интерактивный Музей русского калача. У нас очень активные краеведы: у ребят интересные страницы в соцсетях, через которые они рассказывают о своих наработках и открытиях, и все больше людей интересуется этой темой.

Кроме того, ведется большая и системная работа по приведению в порядок городского пространства — дорожной инфраструктуры, преображению пешеходной части города, а также созданию туристических объектов. Надеемся, что благодаря этому через 2-3 года городской туризм выйдет на новый уровень.

— Как правило, для вовлечения бизнеса в туризм хорошо работают налоговые льготы, гранты и другие меры поддержки. Какие меры реализованы у вас?

— Стимулирование бизнеса в сфере внутреннего и въездного туризма — наш приоритет. Мы концентрируемся на мерах для инвесторов, которые строят гостиницы разных категорий и объема номеров. При этом у крупных инвесторов есть дополнительные преимущества — за счет государства им подводят всю необходимую инженерную и техническую инфраструктуру, также действуют налоговые льготы. Например, уже принято решение по продлению льгот по имущественному налогу на срок до 10 лет, сейчас как раз корректируем законодательство.

Большие инвесторы — это такие якорные проекты, вокруг которых за счет эффекта мультипликации рождаются малые, поэтому для малого и среднего бизнеса действительно важна активность и инициатива. Для них предусмотрены как налоговые послабления, так и региональные гранты на поддержку внутреннего и въездного туризма. Они работают для широкого поля деятельности — например, для создания новых туристических маршрутов, обустройства выделенных зон отдыха, приобретения туристического инвентаря и в области цифровизации туризма.

Еще мы сейчас отдельно работаем над блоком мер поддержки строительства объектов дорожного сервиса на федеральных трассах. Благодаря пандемии у нас сегодня много авто- и мотопутешественников, и мы хотим этот поток подхватывать и качественно обслуживать.

— Что касается дорог, так как расстояния здесь большие, какие у вас планы по развитию придорожной инфраструктуры — заправок, кафе и прочего? И собираетесь ли вы развивать авиа- и ж/д-сообщение внутри региона?

— Транспортная доступность для Дальнего Востока — вопрос, действительно, актуальный. Раньше все объекты дорожного сервиса в Амурской области формировались, исходя из жизненных реалий и «интуиции» бизнеса — где на их взгляд можно разместить тот или иной объект. Сейчас мы хотим сделать эту работу более системной. Для этого мы создаем общий реестр площадок для потенциальных инвесторов, в том числе местных и из числа малого и среднего бизнеса. Тех, кто будет вкладываться в этот сегмент инфраструктуры, ждет обнуление или минимизация всех налогов, а также, возможно, упрощенное подключение таких объектов к коммуникациям.

Железные дороги в Амурской области — сами по себе туристические объекты, здесь проходят Транссиб и БАМ. Мы очень рассчитываем на конструктивный диалог с РЖД по созданию ж/д-круизов.

Что касается авиасообщения, благодаря местным субсидиям неплохо «выстрелили» внутрирегиональные перевозки. Есть уже по две авиакомпании, которые малым авиатранспортом перевозят людей, в среднем это от 2 до 5 рейсов в неделю, в зависимости от сезона.

Мы, естественно, это используем для привлечения туристов в отдаленные точки притяжения, которые теперь стали более доступными. В качестве примера могу привести город Тында — это столица БАМа, и город Зея, где тоже высокая концентрация туробъектов, включая ГЭС и музей золотодобычи. Наконец, Февральск и Экимчан в Селемджинском районе, популярные с точки зрения горного и эко-туризма.

— Как вы сглаживаете влияние фактора сезонности?

— Мы планомерно идем к тому, чтобы максимально уменьшить межсезонье и низкий сезон, стимулируем туроператоров разрабатывать туры на эти периоды. И уже есть первые успехи: глубина бронирований продлилась до октября и даже до ноября. В перспективе, по мере нормализации ситуации с пандемией, мы планируем расширять рамки сезона за счет «событийки». У нас очень сильные позиции в этой сфере — мы традиционно проводили много уникальных мероприятий как с Китаем, так и самостоятельно.

— Амурская область — это пока для многих «терра инкогнита», еще не все знают ее объекты, хотя вы с этим уже серьезно работаете последнее время. Какой ваш личный топ мест отдыха в регионе?

— Я всегда боюсь таких вопросов, потому что комфортно ощущаю себя практически в любой точке Амурской области. Тема промышленного туризма — она такая яркая, звучащая, познавательная, и более понятная для меня в силу специфики моей работы. И все же для меня важнее сблизиться с Амурской природой, ощутить всю ее мощь, красоту, энергию. И перемещаться по безграничным просторам со сменой климатических и природных зон. При этом локации могут быть совершенно разные — от горных ландшафтов до таежных лесов, от азиатских прерий на юге области до озер и рек Хинганского заповедника. Наверное, именно с природным туризмом я связываю свои наиболее яркие эмоции. Поэтому я призываю всех проехать по всей территории Амурской области, а мы создадим все условия, чтобы туристам было комфортно и интересно. Расскажу по секрету — сейчас мы готовим региональный брендовый маршрут, который позволит сменить много впечатлений всего за неделю с небольшим.