В 2021 году заканчивается действие Указа Президента № 372 «О мерах по развитию агроэкотуризма в Республике Беларусь», который предполагает льготное налогообложение и поддержку предпринимательства в данном сегменте. Департамент по туризму Минспорта Беларуси до конца 2020 года должен внести предложения по дальнейшему регулированию сферы агроэкотуризма: отмену, правки или пролонгацию Указа. И от этого будет зависеть дальнейшая судьба и вектор развития агроэкотуризма, который сегодня по праву можно назвать туристической «фишкой» Беларуси.

У истоков агроэкотуризма в Беларуси стояла председатель правления Белорусского общественного объединения «Отдых в деревне» Валерия Клицунова, во многом с легкой руки которой в Беларуси появился пресловутый Указ № 372.

17 лет назад мало кто мог представить, какой размах наберет этот вид туризма, но идею одобрили, поверив колоссальному опыту и творческому подходу этой женщины, которую за глаза потом будут называть мамой белорусского агроэкотуризма.

Отметим, что Валерия Клицунова и ее супруг, известный бизнесмен Евгений Будинас, являлись основателями музейно-туристического комплекса «Дудутки», который стал первым объектом агроэкотуризма в Беларуси и имел невероятный успех. Сегодня в стране насчитывается порядка 2,7 тыс. агроусадеб, которые с каждым годом привлекают все больше и больше туристов, знакомя их с национальными традициями и культурой.

«Дудутки» дали мне колоссальный опыт. Я видела, насколько интересна эта тема, что у нее есть потенциал, и мне захотелось распространить ее на всю страну. Тогда говорили, что это невозможно, что Беларусь — не Польша и Литва, что я сумасшедшая, но мне удалось зарегистрировать общественное объединение «Отдых в деревне». Это дало возможность найти людей и получать гранты. Мы стали публиковать объявления в газетах: «Если кто-то считает, что в деревне можно жить не только за счет сельского хозяйства, позвоните». И люди стали звонить, — сказала Валерия Клицунова. — На тот момент в Беларуси не было официальных документов, регулирующих эту деятельность, поэтому понять, где заканчивается аренда и начинается предпринимательство, было сложно. Отрасль нужно было регулировать. И я делала много попыток через депутатов и парламент, но все было безуспешно. Последним оплотом оставался президент. Донести до него эту идею тогда помог глава Госконтроля Беларуси Анатолий Тозик. На подготовку проекта Указа нам дали всего 10 дней. Помню, звонки шли круглосуточно, но стоит отдать должное, юристы Госконтроля сработали великолепно. Конечно, потом были поправки, но в итоге президент одобрил документ».

— Тем не менее, в 2021 году заканчивается действие Указа Президента № 372 «О мерах по развитию агроэкотуризма в Республике Беларусь», соответственно может последовать отмена, правки или пролонгация. Как вы считаете, как сложится судьба документа, и есть ли все-таки в нем шероховатости, которые стоит убрать?

— Указ позволил агроэкотуризму стать «фишкой» Беларуси и спровоцировал национальное экономическое чудо. И президент тоже разделяет это мнение. Во время встречи с хозяевами агроусадеб он сказал: «Если бы все мои документы так работали». Отрасль развивается динамично, и тому есть подтверждение: в 2016 и 2018 годах по мнению National Geographic Беларусь была признана страной агроэкотуризма.

На данный момент в стране насчитывается порядка 2700 усадеб, хотя в 2006 году их было всего 34, и ежегодно к нам приезжает около 500 тыс. туристов.

Конечно, многие упрекают, что усадьбы не платят налоги, но они платят множество косвенных налогов, в том числе НДС в размере 20% на все, что покупают (стройматериалы, технику и т. п.) в стране, создавая новую туристическую инфраструктуру и рабочие места.

Платить больше налогов по мере роста и развития — это не проблема. Можно ввести, например, ранжированную шкалу налогообложения. Главное — не выплеснуть с водой ребенка. Если агроусадьбы переведут в статус юрлиц, многие не выживут, не пройдут требования санстанции и пожарных, так как изначально они строились не как объекты общепита или размещения. Поэтому надеюсь, что Указ не претерпит никаких кардинальных изменений. В противном случае это может уничтожить отрасль.

— Нужна ли отрасли сегодня льготная кредитная поддержка? Судя по данным статистики Белагропромбанка, сегмент уже сформирован. За 2018–2019 года было открыто всего 16 кредитных линий.

— Белагропромбанк хорошо помог на этапе становления отрасли в 2007 году, когда кредиты выдавались без залога и поручительства по льготной ставке. Сейчас получить кредит сложнее, много отягчающих требований. Тем не менее, для начинающих предпринимателей кредиты Белагропромбанка очень важны, поэтому хотелось бы, чтобы программа жила.

Но главное, конечно, это желание людей вкладывать деньги в деревню и землю. Люди доверились государству, и сегодня важно не обмануть их ожиданий.

— Недавно Департамент по туризму Минспорта Беларуси жаловался на открытие ящика Пандоры и увеличение количества обращений после того, как было разрешено проводить корпоративы, банкеты и торжественные мероприятия на базе усадеб. То есть люди стали делать бизнес на проведении увеселительных мероприятий с выплатой всего одной базовой, а не развивать агроэкотуризм. Что вы думаете на этот счет?

— Я не вижу ничего плохого в проведении свадеб с элементами белорусских традиций, в том числе и в плане застолья, или корпоративных мероприятий с турслетами.

Я разговаривала с представителями Минспорта относительно этой ситуации и выяснилось, что на усадьбы были единичные жалобы, большинство обращений — на турфирмы. Практически все усадьбы соблюдают режим и не шумят после 22.00.

Тем не менее, конфликты с соседями все равно случаются. Например, в Тарасово при каждом заезде туристов соседи включают бензопилы. И здесь нужно уметь договариваться, либо изначально планировать строительство на хуторе. Ну, а как иначе?

— Часто приходится слышать критику в адрес агроусадеб, которые не могут или не хотят сегодня налаживать взаимодействие с туроператорами.

— Сегодня в агроусадьбы через ТО приезжает всего 4% туристов. Агроэкотуризм — это бизнес, в котором не обязательны посредники, тем не менее, усадьбы стали более системно работать с ТО.

Они выступают в роли культурных объектов, которые работают как мини-операторы, продвигая свой регион, предлагая культурную программу, мини-экскурсии.

И стимулировать работать с туроператорами всех не нужно, пусть это делает рынок. Но для этого должна быть нормальная инфраструктура. Если мы говорим про автобусные туры, должен быть большой зал, пространство, чтобы разместить такую группу.

— Так вот, агроусадьбы сегодня формируют продукт, по сути, занимаясь операторской деятельностью, но при этом являются физлицами и платят всего одну базовую, что вызывает недовольство других участников рынка.

— Они ведь не гоняют чартеры в Турцию или автобусы в Польшу. Агроусадьбы формируют продукт так, как это прописано в Указе. Хозяин обязан знакомить гостей с окрестностями и культурным наследием Беларуси. Они развивают деревню, и деньги, которые зарабатывают, тратят в Беларуси, вкладывая в инфраструктуру. Поэтому ничего общего по своей природе агротуризм и классическая операторская деятельность не имеют.

Усадьбы одновременно выступают в роли производителей турпродукта и его продавцов. Они делают локальную культурную программу и могут согласиться или не согласиться работать с ТО. И если операторы владеют огромными деньгами, то агроусадьбы отвечают только за себя. Это независимые участники рынка даже в кластерной цепочке — каждый находится в своей нише, поэтому здесь нет конфликтов и противоречий. Наоборот, операторы могли бы активнее приходить в регионы и заниматься продвижением таких кластеров, как «Воложинские гостинцы», «Муховецкая кумора», «Край животворных криниц», «Велесов шлях», «Заходняя Скарбонка». Усадьбы давно объединяются на локальном уровне и им важна поддержка операторов в плане продвижения.

— В своих интервью вы часто говорите, что Беларусь может стать маленькой Италией. А где найти эти точки роста в плане продвижения на зарубежные рынки?

— Сейчас, конечно, все уходит в интернет. Стоимость рекламы в соцсетях уже превышает стоимость рекламы на телевидении. Информационные технологии дают обширные возможности продвигать свой продукт без посредников и работать напрямую с клиентом. И за этим экономика будущего.

Формат выставок и форумов устарел, хотя, конечно, пренебрегать такими мероприятиями тоже не стоит. Но для развития и продвижения агроэкотуризма выставки не имеют первостепенного значения. Туда стоит ехать, в первую очередь, крупным операторам, чтобы искать партнеров.

Если мы говорим не про инструменты, а про «фишки», то Беларусь мало чем может удивить на международной арене, так как сегодня достаточно жесткая конкуренция, поэтому я бы делала упор на агроэкотуризм. Иностранцев привлекает наша душевность, открытость. Многие вещи в Беларуси делаются не за деньги, а для души, и это подкупает. В Европе давно правит капитализм. Невозможно представить, чтобы на Западе тебя пустили в дом, если ты не друг или родственник. Поэтому для иностранных гостей очень ценно общение с хозяевами усадеб, так как фактически они попадают в семью.

Но для того, чтобы увеличивать иностранный поток, во-первых, нужно выучить английский, а во-вторых, создать имидж открытой, спокойной и безопасной страны. Над этим мы и работаем.

— К слову, про выставки. В этом году, в связи с распространением коронавируса была отменена целая плеяда крупных туристических мероприятий, в частности ITB…

— Если хотите мое мнение, то это чистая политика. Коронавирус также опасен, как и обычный грипп. Куда девался вирус Эбола, например?

— Если не вдаваться вглубь, то данная ситуация будет чувствительна для агроэкотуризма в Беларуси?

— Ситуация будет не слишком нечувствительна для белорусского агроэкотуризма, так как порядка 90% туристов, которые отдыхают в усадьбах — это белорусы, то есть это внутренний, а не въездной туризм. Такая же ситуация в Литве — порядка 85% граждан отдыхают в усадьбах страны. Есть одна страна-исключение — это Италия, где половину турпотока в усадьбы составляют иностранные граждане.

Агротуризм — это больше для своих. Даже в кризисные времена, когда в Беларуси все рушилось, агротуризм оставался на плаву, отрасль проседала не сильно.

— Давайте вернемся к проблемам, которые сегодня необходимо преодолеть нашему агротуризму, чтобы хоть немного приблизиться к показателям Италии. Помимо языкового барьера и формирования положительного имиджа, что еще нужно сделать?

— Конечно, есть проблемы с сервисом. Когда мы в самом начале агитировали людей заняться сельским туризмом, то встречали сопротивление с формулировкой «я землю пахал, почему я должен угождать какому-то туристу». И переломить это, сглаживая переход от производства к услугам, было непросто. Тогда мы стали говорить людям: воспринимайте туристов, как гостей, которые приходят к вам домой. И в головах у народа что-то стало щелкать, отношение действительно менялось, так как у белорусов сильны традиции гостеприимства.

И вторая проблема — это отсутствие улыбки. Зачастую приходится объяснять иностранцам, что на постсоветском пространстве не принято много улыбаться, а люди у нас на самом деле добрые и отзывчивые.

— Какие наиболее конкурентные продукты в рамках агроэкотуризма удалось создать за эти годы и продвинуть на внешние рынки?

— Успешными были тематические маршруты и усадьбы, кластеры — это то, чего нет в других странах. Если у усадьбы есть концепция, правильная философия, там всегда будут туристы. Например, при усадьбе может быть экомузей, обучение традиционным ремеслам. И мы стараемся эту «тематичность» внедрять.

Самые успешные кластеры — «Муховецкая кумора», «Воложинские гостинцы», «Велесов шлях». Сейчас развивается «Заходняя скарбонка», «Край животворных криниц» в Могилевской области. Таких тематических кластеров в мире очень немного. Даже итальянцы из Сардинии заинтересовались нашим опытом, потому что агротуризм у них развивается только вдоль побережья, а дальше ничего нет.

Конечно, мы не можем конкурировать с Западом в плане инфраструктуры, но вот в части нематериального наследия — вполне себе. Что касается истории, обрядов, песен, ремесел, уклада — здесь у нас все нормально. Поэтому основной акцент должен быть на нематериальную часть, кластеры и экомузеи.

Сегодня туризм — это впечатление. Интересный турпродукт можно создать и без серьезных инвестиций, главное — достучаться до сердца. Мы как-то сделали для иностранцев «урок молчания» — остановили автобус, все легли на землю и слушали звуки природы. И это оказалось самым сильным впечатлением от тура. Люди сегодня приезжают, в первую очередь, за эмоциями, и это нужно учитывать, формируя продукт.

— 2021 год объявлен годом экологического и сельского туризма в рамках которого запланирована реализация масштабного проекта по развитию агроэкотуризма в районах, пострадавших от катастрофы на Чернобыльской АЭС. Как возникла эта инициатива?

— Мы начинали проект еще 10 лет назад — у нас была концепция, которая подавалась на рассмотрение в правительство и Минспорта, но тогда была неблагоприятная политическая ситуация — поднимался вопрос о строительстве новой атомной станции. Еще одним острым углом стала этическая сторона — можно ли зарабатывать на горе?

Но в Израиле, например, есть музей холокоста, чтобы потомки не забывали историю, не повторяли ошибок. Так почему мы не можем продвигать антиатомные маршруты? Никто не собирается строить рестораны в виде саркофагов, как это было сделано с украинской стороны. Мы хотим рассказывать историю через судьбы конкретных людей, показывать, как природа берет свое и поглощает цивилизацию, если человек покидает территории. Поэтому я считаю нужным и важным развивать агроэкотуризм на этих территориях, создавать соответствующую туристическую инфраструктуру в этих районах.

Кроме того, это же колорит Полесья, там есть свои традиции, в том числе кулинарные. И к продуктам питания там очень внимательное отношение — у всех счетчики Гейгера, так что боятся радиации не стоит.

Чернобыль у всех на слуху, поэтому у направления колоссальный потенциал. Нужно только сделать нормальный продукт без «перегибов». Тогда поедут и немцы, и англичане, и евреи, и туристы из других стран. Оптимальными могут быть туры на 2–3 дня.

— И последний вопрос. Какие шаги стоит предпринять в ближайшей перспективе, чтобы агроэкотуризм в Беларуси процветал и впредь, а турпоток только увеличивался?

— Нужно сохранить Указ в существующем виде. На этом все — никаких других мер не требуется. Отрасль вполне саморегулируема, и никого искусственного стимулирования не нужно. Люди делают то, что им нравится — оставьте их в покое.

Единственное, стоило бы вернуть систему стандартизации и сертификации, так как многие приходят в туризм из производства, а в сфере услуг нужны специальные знания. Мы, к слову, планируем опять активировать наши образовательные программы.

Что касается «черных овец» в стаде, которые устраивают пьянки-гулянки, отчисляя государству всего одну базовую — это единичные случаи. И прежде чем что-то запрещать, нужно попробовать сначала договориться, попытаться «обратить их в нашу веру». Тем не менее, отрасль не нуждается в активном ручном управлении, она в состоянии развиваться сама.