Ландшафт внутреннего туристического рынка стремительно меняется и скоро будет кардинально другим. Национальный проект «Туризм и индустрия гостеприимства» подтвердил, что изменения эти — всерьез и надолго. Аналитический центр Profi.Travel предлагает регионам технологии, которые помогут встроиться в новую реальность и ответить актуальным вызовам. Какой должна быть туристическая аналитика и как она может работать на экономику региона, поговорили с генеральным директором медиахолдинга Profi.Travel Алексеем Венгиным и директором аналитического центра Надеждой Эбель.

Последнее время на внутренний туризм обратили внимание крупные технологические системы, сотовые операторы — они тоже предлагают аналитические продукты. Как конкурировать собираетесь? Ведь у Profi.Travel нет собственной big data.

АВ. Да, своих больших данных у нас нет, и это хорошо — можем выбирать поставщиков данных конкретно под задачи региона. Кроме того, мы проводим исследования, для которых big data не нужна. Наше основное конкурентное преимущество — огромный опыт туристической экспертизы, это то, чего нет у обладателей big data.

НЭ. Аналитический центр Profi.Travel как раз совмещает две компетенции — умение работать с данными и туристическую экспертизу. На сегодняшний момент это наше УТП.

Кстати, а кому вообще нужна туристическая аналитика? Кто чаще всего выступает заказчиками ваших исследований?

АВ. Чаще всего обращаются туристические администрации регионов. Однако в каждом регионе, с которым работаем, стараемся вовлечь в процесс максимальное количество заинтересованных лиц: исследования нужны всем, перед кем стоит задача привлечения денег в бюджет или проект... Региональным чиновникам — для создания стратегии туристического развития своего региона, решения маркетинговых задач... Инвесторам — для расчета окупаемости бизнеса за счет анализа турпотока и поведения туристов... Бизнесу — для создания турпродукта, понимания целевых рынков и перспектив роста на них. Муниципальным чиновникам — для работы над инфраструктурой в конкретных городах и районах.

НЭ. И мы очень поддерживаем, когда региональные власти, купившие исследование, знакомят с его результатами свой туристический бизнес. Например, в Алтайском крае мы провели для бизнеса специальную презентацию исследования туристического потенциала региона, где показали, какие направления есть для развития продукта, какие интересы туристов они могут использовать, чтобы расширить свои программы. И уже получили позитивную обратную связь — некоторые наши идеи туроператоры взяли в работу.

Сейчас мы вместе с Управлением по развитию туризма и курортной деятельности края готовим отдельный доклад для главы региона, чтобы показать, как результаты исследования могут быть использованы не только непосредственно для развития туризма, но и для других отраслей экономики.

В целом, когда туристические власти делятся результатами исследования с локальным турбизнесом, инвесторами, муниципалитетами, местными сообществами и другими стейкхолдерами, это позволяет объединить усилия в одном направлении.

Какие из перечисленных задач чаще всего ставят перед вами заказчики?

АВ. Это всегда комплекс задач. Как правило, нужно вычислить, какой турист нужен региону. А для этого нужно не просто посчитать существующий турпоток, но и проанализировать его, сравнить сегменты. К примеру, бьется регион за москвичей — а они приезжают на 2-3 дня и дают мало загрузки гостиницам, жители же соседних регионов живут в них неделями.

Или обратная ситуация — соседи живут долго, но в палатках, денег почти не тратят, а мусор оставляют. А вот москвичи и питерцы тратят реальные деньги, пользуются ресторанами, покупают экскурсии... Надо понять, какой турист выгоднее именно этому региону, и на него сделать ставку. Путешественники из Ижевска и, допустим, из Казани — это два разных портрета, и психологически, и по интересам. Соответственно, чтобы получить их, нужно разные шаги предпринимать.

НЭ. Еще очень важная и интересная задача — определение точек притяжения туристов на территории региона. Часто кажется, что все знают свои достопримечательности, но здесь бывает немало открытий. Например, туристы с разных целевых рынков выбирают разные локации и объекты инфраструктуры. Также исследование может проявлять неявные или новые точки притяжения. Это понимание важно, например, для развития инфраструктуры, привлечения инвесторов.

Соединяя данные о турпотоке, который видим в конкретных локациях, с пониманием того, что там в действительности есть, мы можем предложить варианты работы с этим потоком, скажем, для его задержки, увеличения чека поездки. Например, также в Алтайском крае, в Бийске, есть колоссальный транзитный туристический поток, с одной стороны, и с другой — производство местных продуктов питания, натуральной косметики, которые были бы отличными сувенирами. Но точек контакта местных производителей с турпотоком в Бийске нет. Организация магазинов локальной продукции в Старом городе Бийска, кафе и ресторанов с местными продуктами питания может дать хороший доход городу и бизнесу.

А почему бы регионам просто не купить нужные данные и самим их не проанализировать?

АВ. Далеко не у всех региональных ведомств штат позволяет выделить или нанять под эту задачу специального сотрудника. Исследование занимает много времени, так, например, на Алтайский край у нас ушло больше 1 000 рабочих часов. Таких ресурсов в туристических администрациях часто просто нет.

НЭ. Не у всех региональных властей еще есть опыт работы с данными, и не все готовы тратить время на выяснение специфики разных поставщиков, чтобы выделить нужную «чистую» туристическую аудиторию. Благодаря пониманию и рынка, и особенностей данных мы можем получить такую аудиторию и анализировать ее с учетом туристического продукта, конкуренции — отраслевого контекста в целом. И в итоге выдавать по результатам исследования применимые на практике решения.

АВ. Кроме того, мы видим ситуацию в регионе не изнутри, а снаружи. И наш опыт позволяет сравнивать ее с другими регионами, а туристическая экспертиза — выделять нужные тренды. Для наработки такой компетенции нужны годы и огромный объем изученной профессиональной информации.

Можно ли вообще верить big data?

НЭ. Убедиться в том, что данные достоверные, нам помогает их перекрестная проверка. Например, сравниваем количество полученной аудитории с посещаемостью музеев, горнолыжных центров, показателями аэропортов, КСР и т. п. Затем анализируем поведение туристов на территории региона: проверяем точки притяжения, смотрим, как коррелируют полученные интересы с существующим туристическим продуктом региона, и т.д. По тому, какие «крупные» интересы будут проявляться, также понятно, «попали» мы в аудиторию или нет. Где-то будет явно проявлен интерес к отдыху на природе, где-то — к городу. Эти интересы логично «привязываются» к реалиям территории, точкам притяжения.

АВ. Вообще работа с данными обычно состоит из нескольких этапов. Они будут релевантными, когда построишь правильный запрос и задашь системе корректные параметры для анализа. В том числе и для этого нужно обладать туристической экспертизой и глубоко разбираться в продукте. После результаты уже можно интерпретировать — и создавать дорожную карту развития региона. Она, в свою очередь, поможет правильный турпродукт выстроить, инвесторов привлечь и турпоток нарастить. То, что делает аналитический центр Profi.Travel — уникально и имеет реальную практическую ценность.

НЭ. Иногда получается увидеть аудиторию, наличие которой мы и не предполагали на первоначальных этапах работы. Такие открытия — настоящий инсайт и для нас, и для заказчиков. Так, например, у туристов Алтайского края ярко проявился интерес к скейтбордингу. Стали анализировать глубже, увидели, что скейтбордистов (как нас потом поправили знатоки — лонгбордистов) привлекает 12-километровый серпантин на новый строящийся курорт Белокуриха Горная. Предложили региону использовать его для проведения экстремальных соревнований. А исследование портрета туриста для Сахалина дало возможность увидеть поклонников аниме.

И что дает выявление этого интереса региону? Очень же специфическая аудитория, она явно турпоток не создаст.

НЭ. Такие фишки, как аниме, позволяют обогатить турпродукт, становятся основой для событийной повестки, позволяют отстроиться от соседних территорий. Кроме того, они наглядно показывают, насколько точно и глубоко мы можем выявлять потребности потенциальных гостей региона. Кстати, сейчас на Сахалине думают о проведении мероприятия специально для поклонников аниме.

Но для решения глобальных задач, таких как развитие инфраструктуры, построение маршрутов, нужно, конечно, выявлять интересы, напрямую связанные с турпродуктом и охватывающие более широкую аудиторию: природа, гастрономия, спорт, культурно-познавательный туризм. Именно они составляют основу исследования.

Вы говорите о разных поставщиках данных, но в своих исследованиях аналитический центр Profi.Travel опирается в основном на данные Mail.ru Group. Почему?

НЭ. Сейчас многие регионы находятся на стадии выбора стратегии — на каких рынках продвигаться, какой продукт развивать. Мы видим, что для них важно понять, какие туристы приезжают в регион, как этот поток сегментировать и что с ним делать дальше. К нам регионы приходят с задачами, для которых требуется сопоставить интересы туристов с тем турпродуктом, который есть в регионе.

Технологии работы с большими данными Mail.ru Group используем чаще других, потому что с их помощью получаем более точный охват именно туристической аудитории, большую глубину анализа интересов, а также возможность видеть точки притяжения туристов не только в тех местах, где есть сотовая связь, но и в тех, где ее нет. Это не значит, что данные от сотовых операторов «плохие». Они просто про другое и для других целей.

Могу предположить, что такая аналитика — продукт недешевый. Не каждому по карману...

АВ. А каждому и не нужно. Для некоторых регионов big data — вопрос завтрашнего дня. Многим сейчас надо просто определиться с продуктом, с которым выходят на рынок, инвентаризацию провести. Кроме того, на небольших цифрах big data не даст достоверной картины.

Есть регионы с маленьким турпотоком — куда 5, 10, 20 тыс. человек за год приезжает. Там уникальный турпродукт, индивидуальный — например, экзотические туры на вертолетах в труднодоступные места. И региону хочется наращивать турпоток, но бить из пушки по воробьям рекламной кампанией чаще всего бесполезно. Естественно, здесь надо начинать с анализа каналов дистрибуции, по которым этот продукт реализуется как в России, так и за рубежом. Послушать, что говорят туроператоры о самом продукте, его реализации, узнать, чего не хватает... То есть изучение ситуации нашим аналитическим центром может дать много полезного даже без big data, особенно для малых территорий.

НЭ. В зависимости от задач мы используем тот или иной алгоритм исследования. Чем масштабнее исследование и шире спектр задач, тем большее количество инструментов задействуем. Работаем с технологиями анализа данных Mail.ru Group, используем сведения из открытых источников, проводим опросы профессионалов, организуем маркетинговые экспедиции — подход всегда комплексный. То есть фактически есть несколько аналитических продуктов, которые предлагаем рынку, и стоят они по-разному.

Исследования с применением big data, действительно, недешевая история. Но на самом деле это цена не за 400 листов отчета, а за основу туристической экосистемы региона. Аналитика дает возможность тратить деньги на развитие региона с полным осознанием того, куда они пойдут и какой эффект могут дать. И когда есть понимание, что исследование помогает направить инвестиции в нужное русло, его цена уже не кажется такой высокой. Кстати, мы можем выявлять точки роста и за пределами туристической отрасли, поскольку туризм дает мультипликативный эффект — тут и занятость населения, и продажа локальных товаров, и многое другое. Данные стоят дорого, но полученный результат и время, которое они позволяют сэкономить, значительно дороже.